Волосы Шульдиха пахнут дождем и мятой. Мятой газетной бумагой и ароматом свежемолотых зерен пронизан воздух кофейни…

Кроуфорд делает очередной набросок в блокноте: немец кутается в несуществующий плащ в сером Берлине, где никогда не был – и закрывает эскиз.
Откуда взялась привычка рисовать этот персонаж везде и всюду, юный бизнесмен и неудавшийся художник ни за что не ответит – он и сам не помнит. Единственное, что он может утверждать с уверенностью – это давняя и почти романтическая история. Чудо явилось во сне и запало в душу. Причем, сам сон под натиском дней и событий давно стерся из памяти, осталось лишь ощущение праздника и тепла.
А еще Кроуфорд помнит, как тогда, вскочив с постели, внезапно схватил карандаш и сделал бессчетное количество набросков и эскизов. Он рисовал, рисовал и рисовал, пока не онемели руки, стараясь не пропустить ни единого «кадра», застывшего в мозгу, ни единой черточки, ни одного движения, ни одного взгляда. Когда его друзья, обеспокоенные отсутствием на занятиях лучшего студента, пришли к нему домой – они застали на полу безумное создание в окружении горы изрисованных листов бумаги…
На все вопросы он только и смог ответить, что ничего не знает… Кто это, откуда – повисло знаком вопроса в голове. Впрочем, историю и прозвище юноша со временем придумал герою сам. Вероятно, для полноты.
С тех пор он «очухался». Вернулся в Университет, закончил его с отличием, начал свое дело, добился в нем успеха. Теперь Кроуфорд все реже и меньше спит по ночам – возможно, потому и не видит больше снов. Все реже вспоминает о чем бы то ни было связанном не с бизнесом. Однако, вместо бессвязных каракулей на бумаге, в уголках ежедневника, на обратной стороне проектов договоров, он рисует одного и того же персонажа. Привычка…
Кроуфорд ставит зачем-то свою подпись на салфетке, расплачивается и направляется к выходу…
- Эй! А чаевые?! Я тут батрачил, а Вы вот значит как, да?!
Такой наглости ожидать было трудно и бизнесмен разворачивается нарочито медленно, сдерживая летящий кулак, чтобы не «отсыпать» щедро «на чай», как понимает:
1. Это не к нему.
2. Это он. Вернее, это Он! Тот самый! Который персонаж. Который Шульдих. Который немец. Который…
… И оседает на ближайший стул, даже не пытаясь захлопнуть рот…

15.08.2011