If you wanna have a pleasure - FUCK YOURSELF как можно реже!
Оно бредовоеееееееееееее!
Название: Зима
Автор: Izzzida
Фандом: Weiss Kreuz
Пэйринг: Кроуфорд/Шульдих
Рейтинг: G
Жанр: Vignette
Дисклаймер: Шу с Брэдом не мои (а жаль). Текст и только текст – вот всё, что имею
Специальные предупреждения: AU, OOC, POV Кроуфорда
Саммари: Мне просто захотелось зимы, а еще у меня паранойя обострилась
Для: своей паранойи, пусть потешится
читать дальше
Из каких половин
Я судьбой этот узел связал?
У последней любви
Сладок вкус и смертелен оскал...
А. Белянин
Зима приходит неожиданно…
Белая Леди вековой давности лет, старуха с проседью, ворчанием и сухим кашлем.
Вламывается в жизнь, нахально выставляя красавицу-Осень пинком за дверь, торопливо разжигает заледеневший камин с сырыми дровами и закуривает трубку крепкого табака.
Зима приходит нагло и в одночасье. Просто однажды утром ты просыпаешься, а на улицах уже лежит снежное покрывало – Зима в городе.
Пора одевать теплое пальто и мерзнуть вечерами, пора пить глинтвейн и кофе с коньяком, пора вспоминать, забывая…
Шульдих приходит, когда его не ждут. Тихо и внезапно.
Открываешь глаза – а он уже в доме. Шуршит приведением за стенкой, разносится запахом кофе по комнатам, стынет холодком усмешки на губах…
- Брэд…
- А? – Обернуться.
Никого.
Показалось.
- Брэд…
- Шульдих?
Волчком на месте. Тихо. И пусто.
Только шум ветра за окнами.
- Брэээд…
- Шульдих!
Тени в аллеях и предсмертные крики журавлей, возвещающих скорую белую смерть.
- «Господи, что это?» - Куда ни глянь: слепящие белые вершины айсбергов. До самого горизонта и дальше. Везде. Вокруг. – «Что это, Господи?!»
- «Сто веков твоего одиночества…»
Я не сплю, Зима. Я уже давно не сплю.
Откуда же тогда кошмары?
Звонки давно не разрывают тишину этой обители с треском старого полотна.
- Алло, Кроуфорд? Ты дома? Я в городе, давай встретимся…
Клацанье трубки о рычаг.
Я думал, я выключил телефон.
Зима – скучное безумие белых стен, белых улиц, белых домов, белого неба. Однообразие чистых холстов ненарисованных картин и отсутствие красок.
Зима – молчаливая усталость года, когда все звуки не громче древнего патефона.
Когда телепат не в себе – от него нет спасенья, когда Шульдих хочет – он может быть тише мышонка.
- Кроуфорд, ты всегда оставляешь входную дверь незапертой? Или у тебя прогрессирующий склероз на старости лет образовался?
Прости, я не слышал, как ты вошла… Зима…
Фигура хмыкает и исчезает в дверном проеме.
Скрип петель – они уже давно не так хороши, как были когда-то.
- Тебе не холодно? – Робкий вопрос, склоняясь над изголовьем, щекоча лицо длинными прядями.
Открывать глаза незачем, я знаю, кто пришел.
Зима, это ты? Ты уже здесь?
- А я там замерз, знаешь ли… Так что я тут… если ты не против… - Чуть надломленный голос, и движения почти не ощутить, словно сквознячок проскользнул от двери.
Немец устраивается под боком и становится неожиданно тепло.
Наверное, отопление включили…
- Кроуфорд, просыпайся, я завтрак приготовил! – Рыжий врывается в комнату с неумолимостью тайфуна – Чего разлегся? Вставай, я сказал! Мне скучно одному
- Срывая одеяло, не дав даже глаза протереть. – И, кстати, зачем тебе психиатр?
А вот нехорошо читать чужие мысли, когда человек еще не проснулся.
- Провериться хотел… - Честный ответ.
В последнее время я страшусь галлюцинаций.
- Мама, я опять курил траву! – Хохот на весь дом. – Кроуфорд, ты боишься спятить? А вам на первом курсе в Розенкрейц не говорили, что у Оракулов самая устойчивая к перегрузкам психика? Нет? Видно ты прогуливал занятия, шляясь невесть где… Ну пошли уже!
Одеться мне тоже не суждено.
- Шульдих, и зачем нужно нестись по лестнице с такой скоростью? Мы же вроде на завтрак, а не на пожар.
- Так он же остывает! – Неоспоримый аргумент. У меня даже нет доводов против. Впрочем, я и не думал спорить.
- Слушай, я к тебе ненадолго заскочить собирался – Волосы немца пахнут вокзалом и разлуками. – На день-два, так, проведать. Ну, может, на неделю…
Да-да, ты не напрашиваешься, ты вежливо намекаешь прямым текстом.
- Оставайся, сколько хочешь.
- Хорошо – Беззаботно потягиваясь в кресле.
Мне показалось, или ты улыбнулся?
Или это мое отражение в зимнем стекле?
- Завтра уже декабрь, Кроуфорд, знаешь? – Шульдих рассматривает календарь в газете. – Скоро зима.
Киваю, подходя к балкону:
- Знаю.
За окнами ветрено и зябко. Накинув темную вуаль, Осень безутешной вдовой плачет об уходящем Времени. Скоро, совсем скоро придет Зима. А я смотрю на отражение рыжего лета за моей спиной…
Шуршание листов и такое привычное хмыканье:
- Кроуфорд!…
Этой зимы я, похоже, не дождусь.
Уезжаю с Зимой на край Света,
Повенчались – теперь медовый.
Молча смотришь… не жди ответов –
Я вопросы хотел бы вспомнить.
Я хотел бы припомнить правду,
Чтоб оставить тебе на прощанье.
Только видно ветра правы –
Не сдержать нам свои обещанья.
Собираю свои ошибки,
И несказанных слов горсти.
Что-то я разошелся шибко –
Мне вовек не забрать совесть.
Тяжелы прошлых ссор коробки,
Перетянутые тенями,
А возница Зимы ломкий
Уже ждет меня, да с конями.
Я остаться с тобой хотел бы
Доживать до последней стужи.
Только Осень рыдает снегом,
На полу оставляя лужи.
Звон стекла, разбежались люди,
Ты преградой стоишь у двери:
- «Оставайся…и будь что будет…»
Я смотрю на тебя не веря.
В волосах золотые блики,
А глаза… и душа – на части!
Неужель у Судьбы-сквалыги
Завалялся кусочек счастья?
- «Слушай, брось эти все ответы!
Нам с тобой ведь не много надо?»…
Ты меня отогреешь летом,
Я с Зимой разведусь завтра.
11.10.2007
Название: Зима
Автор: Izzzida
Фандом: Weiss Kreuz
Пэйринг: Кроуфорд/Шульдих
Рейтинг: G
Жанр: Vignette
Дисклаймер: Шу с Брэдом не мои (а жаль). Текст и только текст – вот всё, что имею

Специальные предупреждения: AU, OOC, POV Кроуфорда
Саммари: Мне просто захотелось зимы, а еще у меня паранойя обострилась
Для: своей паранойи, пусть потешится
читать дальше
Из каких половин
Я судьбой этот узел связал?
У последней любви
Сладок вкус и смертелен оскал...
А. Белянин
Зима приходит неожиданно…
Белая Леди вековой давности лет, старуха с проседью, ворчанием и сухим кашлем.
Вламывается в жизнь, нахально выставляя красавицу-Осень пинком за дверь, торопливо разжигает заледеневший камин с сырыми дровами и закуривает трубку крепкого табака.
Зима приходит нагло и в одночасье. Просто однажды утром ты просыпаешься, а на улицах уже лежит снежное покрывало – Зима в городе.
Пора одевать теплое пальто и мерзнуть вечерами, пора пить глинтвейн и кофе с коньяком, пора вспоминать, забывая…
Шульдих приходит, когда его не ждут. Тихо и внезапно.
Открываешь глаза – а он уже в доме. Шуршит приведением за стенкой, разносится запахом кофе по комнатам, стынет холодком усмешки на губах…
***
- Брэд…
- А? – Обернуться.
Никого.
Показалось.
- Брэд…
- Шульдих?
Волчком на месте. Тихо. И пусто.
Только шум ветра за окнами.
- Брэээд…
- Шульдих!
Тени в аллеях и предсмертные крики журавлей, возвещающих скорую белую смерть.
***
- «Господи, что это?» - Куда ни глянь: слепящие белые вершины айсбергов. До самого горизонта и дальше. Везде. Вокруг. – «Что это, Господи?!»
- «Сто веков твоего одиночества…»
Я не сплю, Зима. Я уже давно не сплю.
Откуда же тогда кошмары?
***
Звонки давно не разрывают тишину этой обители с треском старого полотна.
- Алло, Кроуфорд? Ты дома? Я в городе, давай встретимся…
Клацанье трубки о рычаг.
Я думал, я выключил телефон.
***
Зима – скучное безумие белых стен, белых улиц, белых домов, белого неба. Однообразие чистых холстов ненарисованных картин и отсутствие красок.
Зима – молчаливая усталость года, когда все звуки не громче древнего патефона.
Когда телепат не в себе – от него нет спасенья, когда Шульдих хочет – он может быть тише мышонка.
***
- Кроуфорд, ты всегда оставляешь входную дверь незапертой? Или у тебя прогрессирующий склероз на старости лет образовался?
Прости, я не слышал, как ты вошла… Зима…
Фигура хмыкает и исчезает в дверном проеме.
***
Скрип петель – они уже давно не так хороши, как были когда-то.
- Тебе не холодно? – Робкий вопрос, склоняясь над изголовьем, щекоча лицо длинными прядями.
Открывать глаза незачем, я знаю, кто пришел.
Зима, это ты? Ты уже здесь?
- А я там замерз, знаешь ли… Так что я тут… если ты не против… - Чуть надломленный голос, и движения почти не ощутить, словно сквознячок проскользнул от двери.
Немец устраивается под боком и становится неожиданно тепло.
Наверное, отопление включили…
***
- Кроуфорд, просыпайся, я завтрак приготовил! – Рыжий врывается в комнату с неумолимостью тайфуна – Чего разлегся? Вставай, я сказал! Мне скучно одному
- Срывая одеяло, не дав даже глаза протереть. – И, кстати, зачем тебе психиатр?
А вот нехорошо читать чужие мысли, когда человек еще не проснулся.
- Провериться хотел… - Честный ответ.
В последнее время я страшусь галлюцинаций.
- Мама, я опять курил траву! – Хохот на весь дом. – Кроуфорд, ты боишься спятить? А вам на первом курсе в Розенкрейц не говорили, что у Оракулов самая устойчивая к перегрузкам психика? Нет? Видно ты прогуливал занятия, шляясь невесть где… Ну пошли уже!
Одеться мне тоже не суждено.
- Шульдих, и зачем нужно нестись по лестнице с такой скоростью? Мы же вроде на завтрак, а не на пожар.
- Так он же остывает! – Неоспоримый аргумент. У меня даже нет доводов против. Впрочем, я и не думал спорить.
***
- Слушай, я к тебе ненадолго заскочить собирался – Волосы немца пахнут вокзалом и разлуками. – На день-два, так, проведать. Ну, может, на неделю…
Да-да, ты не напрашиваешься, ты вежливо намекаешь прямым текстом.
- Оставайся, сколько хочешь.
- Хорошо – Беззаботно потягиваясь в кресле.
Мне показалось, или ты улыбнулся?
Или это мое отражение в зимнем стекле?
***
- Завтра уже декабрь, Кроуфорд, знаешь? – Шульдих рассматривает календарь в газете. – Скоро зима.
Киваю, подходя к балкону:
- Знаю.
За окнами ветрено и зябко. Накинув темную вуаль, Осень безутешной вдовой плачет об уходящем Времени. Скоро, совсем скоро придет Зима. А я смотрю на отражение рыжего лета за моей спиной…
Шуршание листов и такое привычное хмыканье:
- Кроуфорд!…
Этой зимы я, похоже, не дождусь.
***
Уезжаю с Зимой на край Света,
Повенчались – теперь медовый.
Молча смотришь… не жди ответов –
Я вопросы хотел бы вспомнить.
Я хотел бы припомнить правду,
Чтоб оставить тебе на прощанье.
Только видно ветра правы –
Не сдержать нам свои обещанья.
Собираю свои ошибки,
И несказанных слов горсти.
Что-то я разошелся шибко –
Мне вовек не забрать совесть.
Тяжелы прошлых ссор коробки,
Перетянутые тенями,
А возница Зимы ломкий
Уже ждет меня, да с конями.
Я остаться с тобой хотел бы
Доживать до последней стужи.
Только Осень рыдает снегом,
На полу оставляя лужи.
Звон стекла, разбежались люди,
Ты преградой стоишь у двери:
- «Оставайся…и будь что будет…»
Я смотрю на тебя не веря.
В волосах золотые блики,
А глаза… и душа – на части!
Неужель у Судьбы-сквалыги
Завалялся кусочек счастья?
- «Слушай, брось эти все ответы!
Нам с тобой ведь не много надо?»…
Ты меня отогреешь летом,
Я с Зимой разведусь завтра.
11.10.2007